Доверие к Богу необходимо для нашего исцеления. Это основная тема беседы протоиерея Виктора на собрании Общества православных врачей 14 мая. Прямое общение с Богом, научение закону веры. Вера для принятия исцеления это доверие к тому, кто тебя будет исцелять или кто тебя будет лечить. Искусство общения врача. Моя исповедная история, как у меня появилась вера в исцелящего. Спрашиваю мальчика: как ты думаешь, Бог любил твоего папу? Отвечает: да, любил. А почему Он дал папе эту болезнь? В одном разговоре я все время шел навстречу юной особе. Она твердила, что мама ей не разрешает общаться с учительницей. И тут я узнаю, что учительница с ней разговаривает матом. Оказывается, учительница психически ненормальный человек. Есть «нечто», что между вами находится. Это такая «псина», которая мешает и другим молящимся о примирении. Действительно, «собака с горящими глазами».
А теперь ответы на эти вопросы.
Есть описание жизненной ситуации в посланиях апостола Павла. Вот хромой, который от рождения никогда не ходил. И увидели, что в нём есть вера к принятию исцеления. Вера в то, чтобы принять исцеление от врача. Что же это за вера, необходимая для принятия исцеления? Когда люди с детства научены отношению к Спасителю именно так, как полагается относиться к Богу. То есть прямое общение с Богом. Это научение закону веры: как правильно поступать, как в церковь за помощью зайти.
Есть нечто, без чего это общение с Богом в общем-то невозможно. И в этом кризис всего общества. Когда Господь говорит, что нужна вера, необходимая для исцеления. Вера для принятия исцеления это доверие к тому, кто тебя будет исцелять или кто тебя будет лечить. Доверие. Это вера, необходимая для того, чтобы принять исцеление от этого человека. Это уже искусство общения врача.
Помню свою историю появления доверия к врачу. Доктор на приеме внимателен ко мне, с интересом к моему душевному миру расспрашивает, чем я увлекался, люблю ли спорт, какая у меня толчковая нога, какой ногой забиваю гол во время футбольной игры. И так мне с ним беседовать хорошо, я всю свою спортивную молодость вспомнил. А потом он посмотрел снимки моих суставов и говорит, ну, теперь всё понятно. То есть вот этот контакт, этот поиск мира моей души ощупью привел к выстраиванию системы доверия к врачу, я, действительно, ему доверился полностью. Сердце мое почувствовало, что я пришёл к человеку, который понимает, о чём он будет говорить. И он четко сказал: тебе операции не надо.
Как хорошо! У меня после этого вот так легко на сердце было. Я понял, что это дело действия благодати. И в то же время я понимаю, что эта болезнь для чего-то мне дана. И что, если угодно Господу, Он её и уберёт, исцелит меня. А сейчас эта болезнь, эти страдания боли мне просто нужны.
Могу сказать для чего даже. У меня аж по сей день есть желание уйти с палаткой, хотя бы в лес на несколько суток уйти, чтоб никого не видеть. Чтоб никого не слышать, а просто побыть на природе, слушать птиц, видеть зверьков… с комарами подружиться. И помолиться, быть одному, но с Богом! Ну хотя бы на один день, хотя бы одну ночёвочку провести в лесу, в полном одиночестве.
И вот мне Господь «устроил такую ночёвочку». Действием показал: пожалуйста, иди. Но далеко не уйдёшь, потому что у тебя колено болит. И я понял, что – да! Болезнь дана, чтобы этих пустых мыслей в голове не было. Не убежишь ни в лес, ни в горы, всего этого у меня было очень много в молодости. А сейчас уже возрастанию души другое нужно. Возраст не тот, чтобы тишиною наслаждаться в лесу, хотя порой так этого очень хочется! Бывает. Как и у каждого человека. Память о делах молодости, желание повторить их… Сейчас я это называю «симптомами неизлечимой болезни». Есть желание у человека повторить то, чему был научен и что тебя подпитывало в юности. Это является определённым опытом.
Опыт богатый: я в горы-то зачем ходил? Я там начинал скучать по людям, по общению с родными и друзьями. Приходил из похода с огромным запасом любви к людям! И настолько у меня ко всем было положительное чувство. Мне его хватало, правда, где-то на несколько дней, но оно у меня было. Я возвращался весь свободный от недомолвок и обид, был готов многое отдать человеку, мне ничего не было жалко. И это прекрасно, это опыт, приобретение именно того отношения к людям, какое и было необходимо моей душе.
И вот здесь, в кабинете врача, должно возникать это положительное чувство, нарастать чувство доверия. Врачу необходимо нащупать эти струнки доверия. Я понимаю, сразу не все невозможно, но выслушать-то человека можно. Выслушать мы должны, как священник, так и врач. То есть вызвать доверие. Конечно, человек может неправильно отреагировать на доверительное общение и начать задавать неудобные вопросы. Запомните: ни в коем случае нам с вами, допустим, врачу или священнику, нельзя давать ответов на многие вопросы.
Сначала мы должны сами задать человеку вопросы, чтоб он ответил: правильно ли он поступает в жизни в некоторых случаях? У нас с ним возникло доверие, теперь я должен понять каков его жизненный опыт. Мы обязательно встретимся в его ответах с понятием добра и зла, которое у человека закладывается с детства. А конечно, и вы, врачи, и я как священник, и психологи наши, мы узнаем о многих комплексах человека, начало которых тоже с детства. Фактически узнаем о психологических травмах.
Можно человеку простые вопросы задавать, например, о маме спросишь… Ещё раз повторяю, не давайте сразу ответов. Вопросы задавайте и помечайте себе. Если вести себя иначе, то контакта не получится.
Сразу человек рассказывает только о своих убеждениях. А нам надо заслужить доверие. То есть это первый шажок к вере, которая необходима для исцеления.
Порой и строгость приходится проявлять. Порой человек хочет назвать чёрное белым, а белое чёрным, тогда придется разговаривать с человеком, никуда не денешься.
Теперь второй вопрос о вере, которая необходима уже нам с вами. Где проявляется наибольшая наша вера? Иногда нужно и себя понять. Да, мы верующие люди, но где и в чем проявляется наша вера? Мы с вами обязательно придем к проблемам семейных отношений, к проявлению нашей любви. В этом часто центральное место.
Обязательно почитайте первое послание апостола Иоанна, когда он говорит о возрасте, о его значении для познания Бога. И он чётко говорит, что сначала это доступно людям взрослым, умудрённым опытом, они познали присутствие Божье, и это необходимо для вашей жизни. Юношам говорит, что у вас есть первые победы над собою, над злом, ваши первые победы утверждают вас в добре и открывают вам путь общения с Богом.
А детям говорит, что что Бог есть, что нужно безоговорочно принимать Бога, общаться с Богом.
Существует изъян общения мамы и ребёнка. У мамы есть многое, она любит своего ребёнка, но в то же время старается, чтобы он ей не меша. Отдаст такая мама ребенку телефон в руки – занимайся, а у меня другие проблемы.. Вот мы уже приходим к извращениям нашего времени. Телефон ребенку в руки, — и занимайся, а меня не трогай. У меня очень много другого, что что мне необходимо.
Второе, как она проявляет любовь, если ребенок начинает очень сильно капризничать. Я вам говорю, здесь важно проявление любви. Господь указывает, что если вы не любите ближнего, то нет проявления любви с близкими вашими. Оказывается, как вы себя проявляете с родителями, как вы себя проявляете с детьми. Если вы хотите, чтобы вас любили, как вы любите… Здесь важно милосердие, милосердие везде. И обязательно совесть. Слушай свою совесть и окажи милосердие.
Встречается иногда проявление нашей любви через гнев. Когда говорит: я тебя сейчас убью! Это тоже проявление любви. Но «убийство» даже на словах бывает очень страшно, потому что человек не понимает такой любви. Или гнев проявляется в матерной брани. При этом человек, произносящий черные слова, уверен, что он же хотел как лучше, хотел остановить своего близкого, не дать ему совершить ошибку.
У меня сегодня на беседе была девочка с неуравновешенной психикой. Но там страшное в том, что мама её любит, но как она проявляет свою любовь: Мама считает, что она обязательно должна ругать дочь, говорить ей, какая она сволочь, что она там и тут всё разбросала, ничего не сделала. «Я же её люблю, хочу как лучше». В этом ошибка нашего воспитания.
Искусство врача и психолога, да и священника, как раз в том, чтобы изменить поведенческое проявление.
Почему я говорю о вере… Фактически человек говорит, что он же верующий, а почему меня Господь не слушает и не помогает мне?. Почему Бог не исполняет того, о чем я его прошу. Эти вопросы задают как родители, так и дети. Знаю одну историю: что мальчик молился, потому мама сказала, давай молиться о папе. У папы онкология. Мальчик молится всей душой. Папа умирает. И мальчик говорит, что я больше в Бога не верю. Разочаровался. А это часто бывает, кстати. Приходится объяснять. Спрашиваю мальчика: как ты думаешь, Бог любил твоего папу? Отвечает: да, любил. А почему Он дал папе эту болезнь? И почему у многих бывает такая болезнь? Как ты думаешь? Это вопросы жизни мальчика, здесь уже начинаются для ребёнка не совсем понятные вопросы, но необходимые. Как ты считаешь? Я задаю вопросы. Вот папа ушёл, его жизнь окончилась. У детей еще нет того понимания, что продолжение этой жизни зависит от того, что было с папой. Это первые шаги. И я с помощью этого жизненного примера могу мальчику рассказать, что папа прошёл тот путь, который ему даст возможность быть в тех обителях, в которых его будет всегда слышать Господь, и где папе всегда будет хорошо. И где папа будет смотреть на Бога, и с высоты своей обители будет смотреть на мальчика и даже подсказывать ему, будет молиться за него. Это позитивное понимание для мальчика. Пришла ко мне для разговора одна особа, пылкая такая, которая начала матом ругаться. И дерзко говорить, что она перестала верить. Я смотрю на нее и понимаю, что она просто меня испытывает. Она упрекает6 меня Господь не слышит. Я говорю: а почему он тебя не слышит? Вот ты молишься о чём? Ты молишься, чтоб у тебя были хорошие отношения со своей учительницей. Ты хочешь, чтоб она тебя слушала, приглашала для беседы. В разговоре я все время шел навстречу этой особе. Она твердила, что мама ей не разрешает общаться с учительницей. И тут я узнаю, что учительница с ней разговаривает матом. Оказывается, учительница психически ненормальный человек. Ей около шестидесяти лет. У неё свои психотравмы, от неё муж ушёл. И она изливает на ребёнка свою обиду, ругается, какие все мужики козлы. Я принимаю решение и говорю, с этого момента близко не подходить к ней. Общение с человеком, который психически больной, заражает других — всё, что около неё будет психически больным.
После этой беседы эта юная особа уже не приходит ко мне. Да, горько. Здесь опять вопрос веры, вам придётся на это обращать внимание людей. Даже задавать вопрос, ты молишься? — это очень хорошо. А ты молишься с доверием Богу? Да, с доверием, что он меня слышит. Да, он тебя слышит. Ну а теперь давай несколько с собой правил запишем себе. Правило первое, если ты стал за кого-то молиться, бегай гнева, осуждения и никому не говори, ни ему, никому о его слабостях. Это самое первое. А ведь хочется поделиться, рассказать, что он такой сякой-разэтакий. А я вот за него молюсь, а он плохо себя ведет. Это тоже проявление любви, только вот именно такое. Господь нас открывает — для нас же, показывает, с чем нам бороться. Да, бороться с гневом, раздражением бывает очень тяжело. Приходится учиться, как бороться с гневом.
Борьба идет через самоукорение. Какое самоукорение? Это хорошо показал старец Паисий Святогорец. Когда к нему подошёл человек и говорит, батюшка, ну как мне ещё молиться, чтоб меня Господь услышал. Старец не стал ему отвечать. Старец стал сам молиться: «Господи, покажи ты». Старец рассказывает, я вижу маленького мальчика, он стоит и ревёт: «Господи, ну прости ты меня, Господи, ну прости ты меня».
Минут пять он плачет, ревёт и просит прощения. А потом вдруг вздохнул и говорит: «Господи, спаси и помилуй!». Господь ему сказал, что Он его слышит. Покаянная настройка души даёт возможность человеку справиться с гневом. И ему всегда помогает молитва за близких.
Как справиться с своей обидой, которая уже вот много-много лет. Господи, прости меня грешного. Ведь старцы учили очень интересно, я вам уже об этом рассказывал, они говорят, есть несколько степеней прощения. Степень первая, говорит, я готов, простить, прощаю. Он говорит, меня хватило дойти, говорит, ну до конца храма. И я вдруг вспомнил, всё. Сразу всё вернулось и раздражение, и всё остальное.
Значит, есть «нечто», что между вами находится. Это такая «псина», которая мешает и другим молящимся о примирении. Действительно, «собака с горящими глазами». Но размер у неё разный бывает. Но, откровенно говоря, от неё ужас такой исходит, такой волкодав, что может съесть. Этот самый волкодав приходит только тогда, когда есть гнев. Потому что он нас находит по запаху. По гормональным выбросам. Да, это так.
А когда мы врем лжем, то тоже находит по гормонам. И когда мы гневаемся, тоже по гормонам находит. А когда мы допускаем блуд, там мы воняем на всю вселенную. Даже просто при помыслах приходит «псина». Потому предупреждаю, будьте осторожны, не смотрите по ТВ всякую гадость, потому что потом молиться невозможно, воняем. Покаяние, самоукорение нужно, чтобы справиться, со своими страстями, с гневом, осуждением.
Нам хочется поговорить о слабостях других. Кто как живёт, кто с кем живёт. Ну что, ну разве это не так? А вот здесь как раз надо быть очень осторожным. Это не тема для разговора. Не нужно говорить с осуждением о своих. Мол, зять плохой или сноха, они, мол, с большими претензиями. Мы обязательно ещё пожалуемся на них. Этого делать нельзя.
Кстати, вы же всё прекрасно знаете. И я тоже самое. Только иногда вот поступаем совершенно по-другому. Я повторяю: бегай гнева, осуждения и болтовни о том человеке.
Вообще желательно не накапливать в себе негатива. Надо научиться, что когда заходит солнце, то всех прощать. Вот кончается день, и надо всем объявить амнистию. Записать в книжечку: «Господи, прости меня за то и другое, помоги мне примириться с тем, с тем-то, с тем и с тем». Всё. От вас требуется только, чтоб примириться. Желание на первом месте, желание примириться должно быть. А если мы ждём, чтоб с нами мирились, это уже проявление нашей гордости, а не любви.
И вот здесь как раз, начинается первое проявление любви, кстати, это добродетель самая великая. Для того, чтобы не осуждать, надо послушать свою совесть, проявление совести в том, что мы себя не оправдываем. И тогда мы осуждать не будем. Обязательно, эта добродетель связана с нашей совестью.
В чем наша совесть отличается от нашей воли? Вам мешает, дорогие слушатели, что вы смотрите и не верите, слушаете и не слышите. Это как раз объясняет наши личностные характеристики, наши представления о мире, о людях, о многом другом, о проявлении в моей жизни воли Божией. Могу ли я исполнить волю Божию? Или для нас это просто невозможно. И начинают люди объяснять, почему. Это бывает очень грустно, кстати. Я говорю не только о мирянах, но и о священниках. Проявление воли Божией в нашей жизни — это очень важно! И проявление это должно быть в воле твоей, в совести. Это кстати очень важно для нас. Не как я хочу, а как Ты. Полное открытие для Бога своей души. И вот здесь как раз вера полностью открывает наше сердце. Это Дар. Значит, первая категория веры, облечение вещей невидимых. Мы верим, что это будет в моей жизни. Мы доверяем Богу. Я болею, но я знаю, что если угодно Господи, я излечусь. То есть вот это проявление веры в моей жизни обязательно должно быть. Вера дар Божий. Но он как есть, он может и пройти тоже. Если что-то не по мне.
Если я так считаю: я молюсь, а Господь, я считаю, просто не исполнит. И у меня сразу вера моя ослабевает, и не получается общения с Богом.
Фактически здесь необходимо рассуждение. То есть проявление рассудка. Необходима, во-первых, определённая исповедь, даже собственная исповедь. Почему, что со мной случилось? Я должен всё это записать, потому что это эмоции, а нам нужно проявление разума.
Господь сам предупреждает, не уподобляйтесь язычникам. Потому что у язычников главное, это поймать волну эмоций. Я должен дойти до определённого состояния своей души, где экстаз самый высший. Я проявляю, слезы, это у католиков, кстати, очень часто проявляется. У них есть целые практики для того, чтобы себя ввести в определённое экстатическое состояние. Этим занимались некоторые наши старообрядцы. Здесь их хлысты крутили, на одной ножке. Здесь стригольники, многие другие били себя кнутами. Это древние практики введения в эмоциональный экстаз и изменённые сознание. Там веры нет.
А я говорю о другом. Желательно написать о своей волне эмоций. Это уже фиксация, она переводит многие мои желания в рассудочную часть. Я не даю определения, я просто должен писать о том, что есть, что чувствую. А дальше рассуждать, что я хочу, что меня тревожит. Во-первых, что меня тревожит, это обязательно должно быть. Потому что когда я начинаю молиться, я обращаюсь к Богу, вот как раз борьба с паническими атаками необходима. То есть проявление разума должно быть, я должен чётко в словах записать. А что мне, если просто страшно, я говорю, мне просто страшно. Меня охватывает ужас, и я ничего делать не могу. Даже вот этих слов достаточно бывает. А дальше идёт молитва. Молитва исповедническая. То есть я должен зафиксировать своё состояние. Без всяких определений, потому что мы пугаемся, когда начинается словесное рассуждение, особенно письменное. Там уже идёт другой процесс, как вы знаете.
В каждом слове есть определённая сила. Каждое слово человека определено. Почему говорят, что облеки в слово свои нужды. Не в эмоциях, а в слово. Тогда ты сможешь определить, побороть некоторые свои состояния. Кстати, как и фобии тоже.
Вначале надо перевести свои страхи, желания в рассудочную часть. Только после этого я могу молиться. Причем молитвы самые короткие. Здесь после этого я начинаю читать Священное Писание с доверием. И у меня отпускает сердце. Я знаю, Священное Писание здесь и Псалтирь, потому что это считается духовной пищей. Здесь Евангелие, здесь некоторые пророческие книги.
Оказывается, только тогда я смогу молиться. Это, кстати, нужно учитывать при работе психотерапевта. Можно вот в таких ситуациях переходить к чтению Псалтыри. Отмечайте то в Псалтыри, что на тебя произвело большое впечатление. В Псалтыри интересная структура. Там исторические сравнения, пророческие слова, гимны. Есть некоторые душевные моменты, которые необходимы. И я сам всё это пробовал. Если в моем сердце есть благодарность, я нахожу псалмы, которые наиболее отвечают этому. Например, вот тридцать четвёртый псалом. Известна запись, которую не батюшка писал, а его мама. Она написала, что случалось ей очень часто в тридцатые годы открывать Псалтырь. Она открывала тридцать четвёртый Псалом и начинала читать. И плакала. И потом, уже как раз вот на этой волне, она уже обращалась к Богу и просила Его о помощи. И сердце её отпускало, она знала внутри себя, что да, ты услышана. С помощью Священного Писания, понимаете, что это такое? Я просто обратил на это внимание в своё время, поэтому вам и говорю.
Оказывается, наша вера и ослабевает, а также и усиливается от нашего сознания, от нашей умной силы. И многими святыми отцами это отмечено. Они говорят, дар на рассуждение, богомыслие, обязательно должен быть. Это практика некоторых монастырей, особенно западных, там через богомыслие, здесь есть утверждение святого Августина и многих других, они приходили, к полному доверию Богу.
Это кстати очень интересно было. И дальше, не жалея себя, они просто молились, им было хорошо, они были в Духе Святом. Есть такая духовная практика, она работает.
Но там есть ещё и другое. Оказывается, наша воля это наша душевная категория. Из опыта старого священства, которые предупреждали, что у семейных мужчин симпатии будут. Много вокруг женщин красивых, даже очень много. Также, как и красивых мужчин тоже. Но вот здесь как раз воля-то и нужна. Она нужна, чтоб отсечь. Первое слово: не моё. То есть нужно выйти из поля действия симпатии. Второе слово: не соизволяю! Господи, прости меня, что вот допускаю такие мысли. Спаси и помилуй.
Иногда за первый раз эти мысли о симпатии не отсекается. Иногда приходится беса прогонять.
Мы при отсечении отрекаемся от сатаны, всех дел его, всех ангелов его служения и всех гордынь его. Хочу быть с Богом! Господи, хочу быть с Тобою. Всё. И смотришь, у тебя уже ослабла симпатия эта. Симпатия есть, никуда не денешься. Но она тебя уже не волнует. Ты просто имеешь нормальное душевное расположение. Поэтому отсечение обязательно. Воля для этого в духовной жизни, и вообще в семейной жизни, обязательно применяется. И она как раз либо укрепляет веру, либо вера уходит полностью.
Один батюшка рассказывал: служу и чувствую, у меня вопрос возник к самому себе, Андрей, а ты вообще-то верующий? Я испугался, значит, что-то Господь во мне увидел не нужное, раз такой вопрос появился.
Господь откроет вам путь, потому что Он нас и любил, и любит. Люди не потеряны. Как нам с вами не хватает этого: постараться объяснить человеку, что он не потерян, что у него есть надежда, которая даёт возможность жить, общаться с Богом.
Часто у человека уходит вера от накопления негатива. Негатив зависит от психологических травм, от обид. Когда люди соборуются или у них причастие, мы объясняем, не накапливайте хотя бы сегодняшний негатив, не смотрите всякую дрянь по ТВ. Побольше побудьте сегодня с Богом среди птиц, деревьев красоты цветов, которые на в саду. Даже вы можете и поработать, в принципе, в этом ничего плохого нет. Потому что вы во время работы на земле увидите красоту, которая вам поможет. И будет вас питать эта красота, может, целый год.
Есть определённые постулаты доверия Богу, когда человек понимает: «Господи, мне не надо другого».
Не нужно искать виновных в наших бедах. Всегда, если мы ищем виноватых, это проявление нашей гордыни. Как и наши самооправдания, наши страхи – это тоже проявление нашей гордыни, лени. Вот такие рассуждения сегодня я и хотел вам открыть.
Просмотры (19)
